14.12.16 14:31

"Мы не успеваем отрабатывать защитные меры..."

В Свердловской области, как и в некоторых других регионах России, в постоянном режиме проходят судебные разбирательства с участием Межрегиональной инспекции Федеральной налоговой службы (МИ ФНС) и золотодобывающих  предприятий.  Чем вызвана такая активность налоговых инспекций? По мнению участников «круглого стола» журнала «Государственный надзор», в непрофессиональной организации отношений государства и недропользователей. 


Александр ЯСТРЕБКОВ, 

председатель НО «Союз Золотопромышленников Урала»

 – В регионе разрабатываются новые золотоносные месторождения – Маминское, Быньговское, Воронцовское. Идут работы по подготовке к запуску нового горизонта «Берёзовского рудника» на отметке в 712 метров. Только на этапе геологоразведки в Свердловской области сегодня находятся 17 месторождений. 

Кроме того, перспективой развития золотодобывающей отрасли является и наличие на балансе региона 226 месторождений драгоценных металлов в нераспределенном фонде. В 2015 году в разведочные работы на благородные металлы инвестировано более 1 млрд. руб., в том числе, в разведку рудного золота вложено 229,7 млн. руб.

Однако, в отличие от прошлых лет, добыча золота в регионе  значительно сокращается. Мы сегодня по 15% в год теряем объемы, а 4 года назад они росли.

Причиной тому три проблемы, большим опытом по решению которых  хвастаться нам, к сожалению, не приходится. Мы не успеваем отрабатывать защитные меры.

Это НДПИ – с налоговыми органами у нас идет постоянная тяжба. Это Распоряжение Правительства РФ от 27.05.2013 N 849-р «Об утверждении Перечня объектов, не связанных с созданием лесной инфраструктуры для защитных лесов, эксплуатационных лесов, резервных лесов», проще говоря, об особо защитных участках (ОЗУ) леса, которое по факту запретило добычу золота в поймах рек. А где его добывать?

И самое свеженькое – это поправка в ст.78 пункт 4 Земельного кодекса РФ в части запрещения любых работ, кроме как на землях сельхозназначения, в 30- километровой зоне от населенных пунктов. Учитывая, что Урал это не Магадан и у нас вся золотодобыча, как правило, в районе каких-то населенных пунктов… 

Как результат – только один пример: два года назад артель «Нейва» добывала 1,0 9 тонны, сегодня – не более 700 кг. 

ЗАО «Золото Северного Урала», казалось бы, доказало свою работоспособность, там замечательный коллектив, грамотные специалисты.  Общество вкладывает средства в геологоразведку, только в прошлом году затрачено 300 млн. рублей. А им палки в колеса…

Механизм «торможения» таков: я, как недропользователь, получаю у государства лицензию на добычу полезных ископаемых, плачу за это разовый взнос, прихожу в областной Департамент лесного хозяйства, они по закону обязаны мне этот участок в аренду дать. Заключаю с ними договор аренды, вношу ежемесячную плату. Далее требуется проект освоения лесов на данном участке, опять платим деньги, нам делают такой проект, отдаем на экспертизу в бюджетное учреждение, ждем заключения договора на рубку леса, чтобы затем начать готовить полигон. Но экспертиза заявляет, что не может его согласовать, потому что как раз есть Распоряжение 849-р Правительства РФ. При таком отрицательном заключении я несколько лет плачу Департаменту лесного хозяйства за аренду участка леса, на котором я ничего не делаю. Это издевательство над недропользователями?

До 4 лет уходило на урегулирование этих процедур, сейчас, правда, регламент подкорректировали, сократился этот срок вдвое. Но конечный результат по-прежнему не гарантирован. 

По горным отводам всегда было очень просто. Выдали лицензию, мы подготовили проект отработки, согласовывали его в Департаменте по недропользованию по Уральскому федеральному округу, если нужно – в Ростехнадзоре. В документе обозначены контуры запасов, а также склады, отвалы, каналы, дороги, сети – много еще прилегающих территорий, которые нужны для безопасной и экономичной работы предприятия. 

 Но вот в прошлом году Уральское управление Ростехнадзора получило временную инструкцию о порядке согласования горных отводов. И сегодня те проекты отработки, что Уралнедра согласовали, объявляют незаконными – вот вам горный отвод по границам запасов и все, работайте. На последнем совещании Союза в Невьянске состоялся серьезный разговор с представителями Ростехнадзора, Уралнедр, Министерства природных ресурсов Свердловской области. Договорились, что в ноябре должен появиться новый регламент по определению горных отводов, ждем.

Раздражение, конечно же, накапливается, мы пишем письма в федеральное Министерство природных ресурсов, нам отвечают, что да, мы с вами согласны по Распоряжению 849-р, немножко как-то с вами неправильно обходимся, у нас комиссия создана, она рассматривает все ваши претензии по поводу этого документа. Но напоминают, что прежде чем это Распоряжение было подписано Д. Медведевым, оно было выставлено на сайте Правительства РФ. Это правда, мы его читали в 2012 году, сообщили свое отрицательное мнение. Но оно не было учтено ни по одному пункту. 

Я говорю, чего проще – отдайте правоприменение этого закона или подзаконного акта субъекту Федерации. Россия большая и разная по условиям, на Дальнем Востоке эта проблема уже решена, мы на Урале пока не можем преодолеть эти административные барьеры. 

Что касается НДПИ, то я считаю ошибкой замену им налога на минерально-сырьевую базу. 40% от сбора  второго уходило в Федерацию, 40% оставалось в регионах, а 20% оставалось в распоряжении недропользователя, что весьма стимулировало последнего в плане геологоразведки в том числе. А ведь самые мощные в нашей области налогоплательщики это ряд предприятий, занимающихся добычей драгметалла. А куда уходит НДПИ? Государство разведкой на эти деньги не занимается, она похоронена вместе с министерством геологии. Лет через 20 мы в полном объеме почувствуем отрицательные результаты этого реформирования. 

Закон и подзаконный акт – соотношение искажено

Сергей КАРАСЕВ,

председатель артели старателей «Нейва» 

 – Cегодня каждый чиновник пытается интерпретировать закон по-своему, вот  как понял, так и с ним работает. Рослесхоз по-своему, налоговики по-своему, Ростехнадзор тоже по-своему. 

Что означает для нас, к примеру, горный отвод по границам месторождения? Есть  ФЗ» О недрах» № 2395-1, который четко говорит, что мы должны обеспечить полноту отработки запасов на месторождении. Если не будет этого сделано, у нас заберут лицензию, работать не сможем. Но куда деть инфраструктуру? Я, скажем, хвостохранилище непосредственно на каком-то участке запасов размещу, а потом нужно все это убрать, чтобы сделать вскрышу и начинать добычу на этой территории. Это ненормально, потому что затратно, и, кроме того, не улучшает показатели безопасности работ.

Что касается леса, то здесь сегодня тоже, много вопросов. Двойное использование, будем говорить. Вот у нас есть месторождение,для того, чтобы его разрабатывать, нужно вести сплошную рубку. Просим, дайте нам разрешение на второй вид использования. Но по специальному постановлению, если лес отдан арендатору, который не может вести сплошную рубку, а только санитарную, нам тоже этого нельзя разрешить. Как быть? Предлагаем, вот под нас отдайте тогда арендатору, чтобы он сплошную вырубку сделал. Говорят, не имеем права, он не недропользователь. Вот любой руководитель взял бы на себя ответственность, к примеру, из Россельхоза, сказал, давайте, рубите. Но они все в голос говорят, зачем мне эти проблемы, ко мне придет прокуратура и начнет меня трясти. Все запуганы этим надзорным органом. Я говорю, если ты прав, нужно делать… Пришли бы жалобщики в прокуратуру, мы бы закон предъявили. Нас прокуратура сегодня проверяет 4 раза в месяц. Но если ты знаешь, что это будет правильно и лучше для предприятия, области, нужно стоять на своем. Сегодня наша артель 365 млн. рублей налогов платит во все виды бюджетов. А если взять всех золотодобытчиков региона, это вообще заоблачная сумма. 

К сожалению, нужно признать, что сегодня у нас в стране подзаконный акт, к примеру, распоряжение правительства, выше, чем закон РФ. Такого не должно быть. Письма пишем в прокуратуру, в суд обращаемся по этим вопросам. Получаем ответ, потом по этому ответу пишем представление. Вроде бы все решили. Но рождается новый подзаконный акт…

Нас, к тому же, обозначают самыми основными вредителями экологии. Но вот взять добычу вокруг Невьянска – да, есть определенные трудности для людей, мы работаем практически чуть ли не в самом городе. Но потом, когда уходим с разработок, оставляем рекреационные зоны отдыха, в наших лесах грибы собирают. Вот недавно было судебное решение – возле бывших наших искусственных прудов хотели приватизировать земельный участок, так  горожане возмутились, говорят это же первозданные водоемы. То есть все в порядке с нашей экологией. Через 20 лет все стопроцентно восстанавливается, я это знаю, потому что много раз в детстве ходил с родителями за грибами на один участок, который был отработан еще в то время «Невьянским прииском». Чтобы нам свои ежегодные объемы добычи сделать, нужно примерно 150 га земель вводить в эксплуатацию и сдавать 150 га рекультивацию, мы справляемся. Да, есть недобросовестные компании – на аукционе выкупили лицензии, поработали, рекультивацию не сделали, переименовались и ушли. Вот с ними и нужно надзорным органам бороться.

6 лет назад я сделал предложение – определить начисления от каждого предприятия для рекультивации земель после добычи драгметаллов. Сбежал недропользователь, средства остаются на местах, используются, а если занимаешься восстановлением территории, возвращаешь свои деньги из этого фонда. Оно находится в стадии решения на федеральном уровне. Правда, боюсь, что разрешат создание фонда, но мы эти деньги потом не увидим, все выльется в очередной побор.

Что касается, НДПИ… Есть статья –  если за счет собственных средств разведал месторождение, то можешь заплатить по ставке 0,7, то есть 6% умножаем на 0,7, но при условии, если до 1991 года  недродобытчик был освобожден от налога. Тогда в чем смысл этой льготы для тех, кто сегодня ведет геологоразведку? Где рынок? У нас сегодня открыто три месторождения за счет собственных средств, мы тратим на эту статью в среднем 10-15 млн. рублей в год. Вложили бы еще 10 млн. рублей, если бы могли получить льготу, минерально-сырьевая база артели стала бы гарантированно восполнима. А мы по крохам пытаемся оторвать от своей прибыли, чтобы вести геологоразведку. 

Второе. Есть технологические потери, которые утверждены госкомиссией, потому что сегодняшние технологии не позволяют взять 100% драгметалла из недр. Имеется ФЗ «Об отходах производства и потребления», № 89, которым все заработанное на их переработке, облагается по нулевой ставке НДПИ. Налоговая инспекция пытается это перекроить, обвиняя нас в завышении потерь при добыче драгметалла. Но если бы мы сегодня могли взять весь металл, то получили бы больше прибыли, сэкономили затраты на вторичную переработку, заплатили бы этот налог в большем объеме. 

Не так давно артель выиграла долгий процесс, грамотные экономисты доказали, что с нашей стороны нет нарушений технологического процесса, потери даже меньше запланированных в проекте. Суть нашего спора состояла в том, в какой момент заканчивалась добыча и начиналась переработка «хвостов». Наш технологический процесс построен таким образом, что когда шла дополнительная переработка, до извлечения металла  мы получали строительный песок. Налоговики считают, что за него тоже нужно платить НДПИ. Доказали, что если из породы полезный компонент извлечен, то есть золото, остальное – переработка. Если бы мы не добывали металл, песка бы не получал никто из этих отвалов, это было бы нерентабельно. В горной массе полезный компонент должен быть не менее 85%.

У нас было много разных судов и по лесным вопросам, в том числе по ОЗУ. Дело в том, что федералы считают, что это те участки леса, где тигры водятся, или реликтовые деревья растут. В нашем понимании, и это трактуется законом, это пояс, который защищает определенный участок леса. К примеру, он отделяет опушку, то есть поляну, от леса. И как только мы лес срубили, смысл ОЗУ теряется. Мы говорим, что не надо его переводить в другую категорию отдельно от леса для того, чтобы использовать для недропользования. Но, как я думаю, люди, которые пишут эти распоряжения, не понимают смысла ОЗУ, путают это понятие с лесопарками, которые по Лесному кодексу РФ являются особо охраняемыми лесными территориями, там работать нельзя. 

Динамика золотодобычи в Свердловской области:

2010 год – 10, 5 тонны

2014 год – 8,5 тонны 

2015 год – 7,8 тонны 

На территории региона расположено более 50 предприятий по золотодобыче, среди которых 6 рудных месторождений, 10 комплексных и 37 россыпных. 

Лидеры добычи в области в 2015 году – ЗАО «Золото Северного Урала» – 55% от общего объема добытых драгоценных металлов, артель старателей «Нейва» – 9,5%, ООО «Берёзовский рудник» – 8,1%, ОАО «Сафьяновская медь» – 7,9%.

Административная практика

ООО «Березовский рудник» обратилось в Арбитражный суд Свердловской области с заявлением о признании недействительным решения МИ ФНС № 24 по Свердловской области привлечь к ответственности за совершение налогового правонарушения от 30 октября 2014 года №16-08/4 в части доначисления налога на добычу полезных ископаемых (НДПИ) в сумме 52 043 822 рубля, соответствующих сумм пени и штрафа, уменьшения суммы налога на добавленную стоимость, заявленного к возмещению в 2012 году, в сумме 5 379 545 рублей, уменьшения убытка по налогу на прибыль организаций в сумме 1 443 727рублей, привлечения к ответственности по п.1 ст.ст.122, 123, п. 2 ст.116 НК РФ в общей сумме 383 291рубль 90 коп. 

 Решение Арбитражного суда Свердловской области от 1 июля 2015 года: 

Признать недействительным решение МИ ФНС № 24 по Свердловской области о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения от 30 октября 2014 года  №16-08/4 в части доначисления НДПИ в размере 37 916 657 рублей, соответствующих сумм пени и штрафа, уменьшения убытка по налогу на прибыль организаций в размере 331 523 рубля 20 коп., привлечения к ответственности по п. 2 ст.116 НК РФ. 

Решение Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 28 сентября 2015 года:

Дополнительно признать недействительным решение МИ ФНС № 24 по Свердловской области № 16-08/4 в части доначисления НДПИ в сумме 14 127 165 рублей, соответствующих сумм пеней и штрафа по п.1 ст.122 НК РФ, а также пени за неуплату НДС в сумме 130 292 рублей 10 коп. как несоответствующее НК РФ.

Постановление Арбитражного суда Уральского округа  от 28 декабря 2015 года:

Постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 28 сентября 2015 года по делу № А60-4800/2015 Арбитражного суда Свердловской области оставить без изменения. 

ЗАО «Золото Северного Урала» обратилось в Арбитражный суд города Москвы с заявлением о признании недействительными решений МИ ФНС России по крупнейшим налогоплательщикам № 5 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения от 28 декабря 2015 года № 56-20-11/80/554 и от 19 января 2016 года № 56-20-11/80/561. По мнению налогового органа, при исчислении НДПИ обществом неправомерно применена налоговая ставка 0% относительно потерь по п.1 ст.342 НК РФ.

Решением суда от 28 июня 2016 года заявление общества оставлено без

удовлетворения.

Не согласившись с принятым решением суда первой инстанции, общество обратилось в Девятый арбитражный апелляционный суд. 

Постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 18 октября 2016 года:

Решение Арбитражного суда города Москвы от 28 июня 2016 года по делу 

№ А40-62741/16 отменить.

Признать недействительными решения МИ ФНС России по крупнейшим

налогоплательщикам № 5 о привлечении ЗАО «Золото Северного Урала» к

ответственности за совершение налогового правонарушения от 28 декабря 2015 года № 56-20-11/80/554 и от 19 января 2016 года  № 56-20-11/80/561.

Взыскать с МИ ФНС России по крупнейшим налогоплательщикам № 5 в

пользу ЗАО «Золото Северного Урала» расходы по уплате государственной пошлины по заявлению 6 000 рублей, по апелляционной жалобе 3 000 рублей.

В декабре текущего года рассмотрение данного дела, по инициативе МИ ФНС России по крупнейшим налогоплательщикам № 5, продолжится в Арбитражном суде Московского округа.

Журнал «Государственный надзор»

Участники союза